На обложке: Евгений Дудоров в Центре подготовки космонавтов (справа)
— Вы стояли у истоков создания робота Федора, который побывал в космосе (Skybot F-850). Следующее поколение — роботы Марфа и Теледроид. На каком этапе сейчас эти проекты и что планируется в этом году?
— Россия исторически сильна в инженерной школе, создании автоматических аппаратов и станций, космической робототехнике. Этот научно-технологический задел потенциально позволяет нам занять нишу автономной роботизированной колонизации. Мы можем стать первой страной, применившей антропоморфного робота на Луне. Это особенно важно в рамках создания элементов будущей российской лунной базы.
Экономика будущего: роботы создают инфраструктуру, люди выполняют исследования. Рациональным сценарием является первичная подготовка роботами площадки, базы, энергетики, и только потом прибытие космонавтов. Фактически роботы — это «авангард освоения Луны». Это не попытка конкурировать по бюджету с китайцами или американцами. Это наше стратегическое позиционирование.
МАРФА — это название придумали коллеги из Центра подготовки космонавтов, и расшифровывается оно как «Мобильный антропоморфный робот, функционирующий автономно».
Марфа — это часть комплекса, который называется «Универсальный компьютерный стенд робототехнических систем космического назначения». Мы его разрабатываем и дополняем уже не один год, чтобы он отвечал требованиям и был заточен под реальные задачи, которые необходимо выполнять космонавтам в рамках перспективных космических экспедиций.
Марфа — робот-кентавр для подготовки космонавтов
В целом данный робот предназначен для подготовки космонавтов к управлению роботом на поверхности Луны. Один космонавт управляет мобильной платформой, другой через задающее устройство копирующего типа управляет непосредственно антропоморфной частью робота, взаимодействуя с объектами инфраструктуры. Это могут быть различные инструменты, панели космического корабля, грунт и т. д.
Задача — подготовить космонавтов к перспективным роботизированным миссиям на Луне. Обеспечить имитирующее управление роботизированным комплексом с лунной базы, с окололунной станции либо с Земли. Подготовительная работа продолжается, НПО «Андроидная техника» оказывает техническую поддержку.
Следующий проект, который сейчас находится в высокой стадии реализации, это Теледроид. Завершены основные стадии его создания, закончены этапы, связанные с испытаниями. Это тесты на электромагнитную совместимость, виброустойчивость, проверки в термовакуумной камере и другие. Все сложные ступени робот прошел. На данный момент идет процесс обучения космонавтов методам управления роботом.
Космонавт Анна Кикина тренируется управлять Теледроидом
Космонавты изучают, как робота устанавливать, как его подключать, налаживать с ним связь и т. д. В ближайшее время должны начаться работы в гидролаборатории, чтобы с роботом можно было поработать на имитированной модели МКС, проверить, как он будет устанавливаться на ее внешней поверхности, как будут с ним взаимодействовать космонавты и прочее.
По предварительным планам робот должен отправиться на МКС двумя кораблями, так как это целый комплект оборудования. Это в том числе задающие устройства копирующего типа, компьютер-вычислитель, на котором происходит обработка сигналов и информации с оптического модуля. Все это должно быть доставлено на МКС в 3–4 квартале 2026 года.
Когда оборудование привезут на МКС, космонавты начнут его распаковывать и готовить для экспериментов внутри МКС. Сначала они подготовят робота к работе, а потом вынесут часть оборудования на внешнюю поверхность станции. После этого проведут эксперименты с отработкой методики управления роботом.
— Сейчас все крупные мировые игроки активизировали свои лунные проекты. Какую роль, по вашему мнению, робототехника будет играть в реализации российской лунной программы, если брать период до середины века?
— Надо начать с того, что никакой лунной программы может и не быть, если мы не применяем активно робототехнические комплексы. То есть, собственно говоря, те же луноходы как таковые или лунные посадочные модули – это по факту тоже своего рода роботы. Но теперь задача еще более объемная. Например, чтобы отыскивать на поверхности нужный реголит, нам необходимы автоматические устройства, способные передвигаться на большие расстояния.
Нам необходимо, чтобы следующие миссии — Луна-26, Луна-27, Луна-28 —были четко выверены. Сейчас есть разные мысли по этому поводу, планируется отправка различных луноходов — тяжелого и среднего, а также с Институтом космических исследований (ИКИ РАН) мы обсуждаем возможность доставки лунохода с антропоморфным роботом на борту. Это пока только идея, но как мне кажется, очень красивая и перспективная. Это может быть своего рода ассиметричный ответ в технологической лунной гонке.
Коллеги из ИКИ РАН считают, что антропоморфный робот мог бы выполнять на Луне полезные функции. Как вариант, планируется его совмещение с мобильным шасси, по типу той же Марфы, с которой сейчас работают специалисты в Центре подготовки космонавтов. Это позволит нам решить целый спектр задач.
Зачем вообще нам лунная миссия? Я бы здесь выделил три ключевых блока. Первый — это качественные изменения функций человека в околоземном пространстве. Нужно обеспечить большую доступность космоса для людей под выполнение различных задач.
Второй — должна быть обеспечена возможность полета человека на стратегически важный космический объект, которым является Луна. Для этого нам необходимо создавать различные аппараты, ракеты и т. д.
Третий — нужно в рамках космической программы осваивать и другие объекты Солнечной системы, готовить технические решения для виртуального и реального присутствия человека на небесных телах и рядом с ними.
Нахождение человека в космосе всегда связано с высочайшим риском, это очень агрессивная среда. Зачастую более оптимальным вариантом будет виртуальное присутствие через роботов. Это мы видим и в стратегических программах наших оппонентов из США, КНР и Индии.
— Какие можно выделить блоки актуальности внедрения робототехнических систем в процессе освоения космического пространства?
— Первый — снижение риска утраты жизни и здоровья космонавтов. Второй — уменьшение экономических, материальных, временных затрат. Третий — стабильность и непрерывность работы космических баз и орбитальных станций. Четвертый — поэтапное развитие и расширение инфраструктуры на объектах Солнечной системы. В этом, пожалуй, один из ключевых элементов применения робототехнических средств — чтобы они автономно создавали удаленную от Земли инфраструктуру. Без нее там человеку делать нечего.
И далее — это исследовательские миссии за пределы Солнечной системы. Это пятый блок. То есть сначала мы используем Луну, затем Марс, как некие базы, и затем можем двинуться дальше.
— Какие свойства необходимо развивать у космических роботов?
— Можно выделить пять основных свойств. Первое — это интерактивность. Это способность эффективно взаимодействовать с человеком и окружающей средой.
Второе — это интеллектуальность, то есть способность обучаться, анализировать и принимать решения, потому что мы не всегда сможем быть на связи.
Третье — это автономность, способность самостоятельно выполнять сложные операции без постоянной внешней помощи и контроля.
Четвертое — это мобильность, возможность перемещаться в пространстве и использовать все доступные методы навигации. По звездам, картам, сигналам со спутников.
Пятое — это устойчивость к агрессивным факторам. Это вакуум, электромагнитные излучения, радиация, нетипичная для Земли гравитация, воздействие мелкодисперсной пыли, попадание в песчаные бури и прочее.
— Роботы могут иметь форму человека, кентавра, колесного вездехода, летающего дрона, паука, червяка. Мы можем создать для космоса разные виды машин?
— Совершенно верно. Роботы проектируются в соответствии с будущей миссией. Они могут быть внутрикорабельные и внекорабельные, могут совершать операции в открытом космосе или передвигаться только внутри инопланетных баз. Они также должны выполнять функции информационной и психологической поддержки космонавтов в рамках пилотируемых миссий.
Союз на Земле и на небесах
Безусловно, понадобятся модели искусственного интеллекта. Например, Сбер запустил свой Гигачат, с которым уже сейчас космонавты могут общаться, задавать ему вопросы как технические, так и личного плана. Очень важно, чтобы у человека был такой собеседник и друг во время длительных космических путешествий.
Любому человеку необходима психологическая разгрузка, эмоциональная поддержка. Бывает, что и на Земле-то поговорить не с кем, а уж в космосе давление одиночества может усиливаться во сто крат.
Зачем роботы нужны здесь? Для роста производительности труда. За этим же самым они понадобятся и в космосе. Они должны освобождать космонавта от тяжелой работы, чтобы он мог сосредоточиться на более важных исследовательских задачах. Теледроид и следующие его поколения создаются как роботы-помощники, которые будут способны на внешней поверхности космической станции ассистировать человеку или заменить его при копирующем режиме управления с сохранением человеческих функций мелкой моторики. Тем самым сокращается нагрузка на космонавтов.
Вариант размещения робота на МКС
Если мы говорим про МКС, то для Теледроида это скорее эксперимент, в рамках которого отрабатываются технологии его создания и управления в условиях открытого космоса. Более широкое его применение будет возможно уже на Российской орбитальной станции (РОС). Там изначально закладывается возможность применения транспортного и сервисного роботов, но, вполне вероятно, при положительном исходе эксперимента с Теледроидом на МКС будет планироваться и применение антропоморфного робота для операционной поддержки космонавтов на РОС. Робот сможет в этой среде в копирующем и автоматическом режиме выполнять примерно тот же набор функций, что и человек в скафандре.
Российская орбитальная станция
— Как председатель Правления Консорциума робототехники, какие вы ставите цели взаимодействия с Роскосмосом?
— Одна из ключевых целей — найти конфигурацию, когда участники нашего отраслевого сообщества будут максимально полезны для перспективных технологических задач страны, а задачи освоения космоса, безусловно, в числе приоритетных.
В рамках нацпроекта «Космос» есть восемь федеральных проектов. Наша задача, как ассоциации производителей и разработчиков, предлагать технологические решения по своему профилю для этих масштабных инициатив, в том числе по подготовке кадров для космической робототехники.
Вместе мы можем проводить испытания на Земле, отрабатывая сценарии применения роботов в космическом пространстве. Отдельные компании могли бы подключаться к этой работе в рамках частно-государственного партнерства.
— Философский вопрос. Если роботы станут достаточно автономными, чтобы самостоятельно строить базы и проводить исследования на Луне или Марсе, останется ли в этом процессе место для человеческого присутствия? Может ли AGI, сильный искусственный интеллект, собрав команду роботов, по своему желанию улететь осваивать дальний космос?
— Если роботы и сильный искусственный интеллект достигнут настоящей автономности — смогут сами строить базы, добывать ресурсы, ремонтировать себя и принимать сложные решения, то постоянное присутствие человека в освоении космоса может стать необязательным. Машины лучше приспособлены к радиации, вакууму и многолетним миссиям.
Но освоение космоса — это не только техника. Это еще вопрос целей и смысла: куда лететь, зачем и что считать ценным? Пока именно человек задает направление.
Если же AGI однажды сможет самостоятельно ставить цели, собирать роботизированные экспедиции и отправляться в дальний космос, это будет уже не просто инструмент человечества, а новая форма разума, продолжающая — или, возможно, отделяющаяся от нас. И тогда главный вопрос будет не в том, останется ли человеку место в космосе, а в том, кем он станет рядом с таким разумом.
Но этого не будет, так как без аппаратной части, создание которой возможно только человеком, такого не произойдет. Поэтому бояться «восстания машин» как в космосе, так и на земле, не надо!
Евгений Дудоров и в земных походах думает о марсианских вершинах
— Что вас больше всего вдохновляет в работе над космическими проектами? Технологический вызов, вклад в освоение космоса или что-то личное?
— Мы с коллегами занимаемся теми вопросами, которыми до нас никто не занимался, теми задачами, у которых еще не было решения. Когда ты идешь первым, сложно что-то точно спрогнозировать, но нужно получить положительный результат, который мы изначально для себя запланировали. Быть первопроходцем, быть первым, кто это сделает, — пожалуй, хорошая мотивация.
Но главная наша мотивация — это стремление вывести страну в лидеры в сфере космической робототехники и освоения космоса. Мы хотим, чтобы достижения в этой области стали предметом национальной гордости и вдохновляли граждан на созидательный труд во благо Родины.
