«Цифровизация государства» — это выражение в последнее время стало настоящим трендом. Оно появляется в СМИ, выступлениях экспертов, социальных сетях, в том числе государственных. Но в широком смысле, кажется, это словосочетание обозначает некий вариант идеалистического, футуристического мечтания, нежели реальное, сложное и неоднозначное структурное изменение одного из базовых институтов общества.
Что же такое «цифровизация государства», что входит в это понятие, какие технологии нужны для реализации этой концепции? Начнем с первого. Точного определения исследуемого понятия в научной литературе и официальных документах нет. Кроме того, серьезно усложняет понимание этого термина несколько обывательское сведение цифровизации государства к переводу в цифровую форму государственных услуг.
Согласно разъяснениям Минцифры России, «реализация проекта "Цифровое государственное управление" направлена на предоставление гражданам и организациям доступа к приоритетным государственным услугам и сервисам в цифровом виде, создание национальной системы управления данными, развитие инфраструктуры электронного правительства, внедрение сквозных платформенных решений в государственное управление». Здесь, по сути, в начало как раз вынесены «Госуcлуги». При этом остальные «детали» могут пропасть из поля зрения.
Но нужно разобраться во всем по порядку.
Ветви власти
Почему вообще цифровизация, кажется, понятно. В условиях цифровизации общества — здесь как раз речь в большей степени о доступности цифровых сервисов — требуется выход на новый уровень взаимодействия государства и органов местного самоуправления с гражданами. На первый план, безусловно, выходят суперсервисы «одного клика».
За счет грамотной и единообразной организации сервисов повышается качество обслуживания, и соответственно, уровень удовлетворенности граждан деятельностью органов власти. Знакомым подавляющему большинству читателей примером этого является портал «Госуслуги».
В начале 2025 года на нем были доступны около 1,6 тысячи услуг, доступных, по сути, по одному клику. На самом бытовом уровне сервис значительно упрощает взаимодействие с государством в большинстве, хотя и далеко не во всех вопросах. И портал продолжает развиваться — в будущем он должен стать проще благодаря группированию услуг по определенным темам. Например, несколько услуг будут автоматически предложены человеку, который переехал жить в другой регион.
И даже это — лишь часть масштабной реструктуризации. Речь идет о создании общей платформы, которая объединит линейки сервисов, разрабатываемых каждым отдельным ведомством и службой. Объединение всех подобных порталов в одной вкладке сделает их использование проще.
Успешные примеры цифрового доступа к государственным услугам есть в Эстонии, которая вообще является пионером в области «цифрового правительства», и Южной Корее. В обоих странах граждане могут получить доступ к госуслугам с помощью гаджетов.
Чиновник из компьютера
«Цифровое государство», как уже говорилось выше, сложная структура, развитие которой, безусловно, зависит не только от доступности гаджетов. Одна из ключевых предпосылок появления самой концепции «цифрового государства» — разработка эффективного механизма управления и взаимодействия в государственных структурах. К этому, в частности, относится потребность в более быстрой передаче и обработке информации.
Таким образом, можно рассматривать «цифровое государство» как комплексную метаплатформа сквозного, бесшовного сопряжения, агрегации, обеспечения и сопровождения системы, функционалов и процессов государственного управления.
С этой точки зрения сам по себе концепт состоит из разных тематических блоков. Среди них, например, «цифровое правительство», которое как раз отвечает за эффективное и быстрое взаимодействие государства с гражданами.
«Цифровая демократия» — другой важный блок, который предусматривает участие граждан в обсуждении проектов нормативно-правовых актов, подачу официальных петиций, предложений, жалоб, коммуникацию с главой государства и представление отчетов о деятельности органов власти. Сюда же можно отнести более узкие блоки — «цифровые избирательные технологии» и «цифровой общественный контроль».
Несколько более сложный блок — «цифровое правосудие». Здесь речь идет о создании электронных ассистентов судей, автоматизации распределения дел между судьями с учетом их загруженности и специализации. Сюда же относится использование интернет-коммуникаций в организации работы судебных инстанций, использование видеосвязи в зале суда, включая трансляции заседаний, а также сопряжение электронных баз данных судебных органов и органов государственного управления.
Глубокая нора
Составной частью «цифрового государства», которую часто путают с целым понятием, является «цифровое правительство». Под этим термином понимается цифровизация, необходимая для увеличения эффективности внутреннего взаимодействия между органами власти.
Именно в этом тематическом блоке сконцентрированы все важнейшие для работы «цифрового государства» технологии. Инструментарий включает решения для внутрисистемных коммуникаций, в том числе документооборота, сопряжение баз данных разных органов власти, платформы для аналитики и прогнозирования, реализации и обеспечения реестровой и кадастровой деятельности, оперативного мониторинга, выявления и оценивания рисков и неопределенностей в государственном управлении.
Важную роль здесь также играют механизмы мониторинга и выявления референций и конфликтов интересов, причин, условий и предпосылок для коррупционных схем и действий в государственном управлении.
Также в ящике с инструментами «цифрового правительства» находятся платформы контроля госконтрактов и госзакупок, электронные приемные, механизмы оценки качества законодательства, предиктивно-проектировочного моделирования проектов нормативных правовых актов и государственных актов стратегического планирования. А также концепция «открытого бюджета», в рамках которой совершенствуется управление финансами, включая обеспечение прозрачности бюджетного процесса.
Вся эта сложная система требует работы с огромным количеством информации, в связи с чем одним из самых трендовых направлений является внедрение в госуправление искусственного интеллекта. Анализ больших объемов информации позволяет выявлять тенденции и закономерности, прогнозировать потребности граждан и бизнеса, принимать обоснованные решения.
В России одним из самых ярких проектов в рамках «цифрового правительства» является Единая система государственных информационных ресурсов (ЕСГИР). Она была создана для обеспечения единого доступа к информационным ресурсам всех федеральных органов исполнительной власти, но, в частности, обеспечивает работу портала «Госуслуги».
Существует и масштабный проект «Цифровая трансформация 2030», разрабатываемый Минцифры России. Его концепция направлена на создание единой системы для всех государственных органов. В перспективе это снизит бюрократическую нагрузку на граждан и повысит эффективность работы госорганов.
Стоит отметить, что концептуально ключевым драйвером всех этих изменений в России является курс на человекоцентричность. Взаимодействие государства и граждан постоянно подвергается тщательному тестированию, которым занимаются непосредственные пользователи. Они проверяют удобство, простоту и эффективность госуслуг и сервисов в 11 специализированных лабораториях, которые находятся в разных городах страны.
Результаты этого тестирования становятся основой для дальнейшего улучшения «цифрового государства».
Перегибы на местах
Успешный опыт внедрения цифровых сервисов в работу государства есть во многих странах, но полноценный переход к «цифровому государству» пока остается не до конца возможным. В чем же причина? В первую очередь, в устаревшем подходе госслужащих к своей работе.
Цифровизация требует новых навыков, что вызывает сопротивление у сторонников традиционных методов.
Но это вопрос сугубо культурный. Технические – куда сложнее. Например, вопрос защиты персональных данных граждан. Все «цифровое» на 100% не защищено от неполадок, взломов и атак. Такой расклад крайне чувствителен, если речь идет о целом государстве. Одна успешная атака сможет нанести колоссальный вред экономике, инфраструктуре, каждому отдельному гражданину.
Или проблема доступа к «цифровому государству» для его граждан. Понятно, что для использования удобных сервисов нужен интернет. Возникает вопрос: а как быть тем, у кого интернета нет? Фактически активная и непоследовательная цифровизация сферы государственного управления может сформировать цифровое неравенство, при котором некоторые слои населения окажутся отрезанными от взаимодействия с властью. И здесь речь идет о той стадии цифровизации, когда бумажные документы все еще требуются.
В совокупности с обезличенностью — когда гражданин не знает, к кому конкретно он обратился — проблема цифрового неравенства может привести к тому, что чиновники снимут с себя ответственность за часть населения. Любая власть будет обезличена и, следовательно, полностью освобождена от личной ответственности.
Важное значение приобретает также вопрос контроля над используемыми технологиями. Конечно, государства сегодня как никогда стремятся к технологическому суверенитету. Но даже в этой ситуации внутри каждой конкретной страны останется кто-то — предприниматель, разработчик, ученый — у кого будет «ключ от задней двери» правительства.
Если речь идет не об условно «злом» государстве, стремящемся к тотальному контролю над своими гражданами, риски все равно сохраняются. Причем именно для государства как глобального института.
В первую очередь, речь опять же о контроле над технологиями. Любая цифровизация предполагает интеграцию с международными системами. А у таких систем есть собственные требования. Но даже это — еще цветочки.
Государство, вливаясь в общий цифровой процесс, может потерять свою государственность. Экономической безопасности угрожает глубокая интеграция в международные цепочки производства и возрастающая зависимость от них.
Сделать человечество великим
Общество становится все более саморегулируемым. Огромную роль в этом играют как раз цифровые сервисы. Каждый отдельный человек буквально может подключиться к глобальным процессам.
Эта черта «цифрового государства» указывает на подзабытую некоторыми способность технологий делать человека лучшей версией себя. Может быть, в будущем при грамотной оценке всех рисков и акценте на человекоцентричность проект «цифрового государства» укрепит экономику России, позволив достигнуть технологического суверенитета, и сделает всех нас, как общество, лучшими версиями себя.
