Игорь Бойчук, генеральный директор ООО «Сигматек»
Где работают морские роботы
В российских акваториях параллельно работают несколько классов систем: автономные необитаемые подводные аппараты (АНПА), телеуправляемые необитаемые подводные аппараты и их комплексы (ТНПА) — от осмотрового до рабочего класса, и безэкипажные суда. Под каждую задачу подбирается свое решение.
· Безопасность: патрулирование морских границ, поиск и идентификация подводных объектов, осмотр подводной части судов, обследование гидротехнических сооружений.
· Транспорт и логистика: автоматическая швартовка, прибрежная доставка, фидерные и снабженческие суда, водное такси.
· Аквакультура и рыболовство: оценка биомассы, поиск косяков, контроль браконьерства, автоматизация тралов, осмотр садков и сетей.
· Энергетика: сейсморазведка и инженерно-геофизические исследования, обслуживание шельфа, диагностика и ремонт подводных трубопроводов и кабелей, обследование сооружений гидроэнергетики.
· Экология и мониторинг: съемка рельефа дна и построение цифровой модели, контроль ледовой обстановки, поиск утечек, мониторинг качества воды.
Согласно аналитическому отчету рынка НТИ «Маринет», общий адресуемый рынок услуг морских робототехнических комплексов в России к 2030 году составит 51–75 млрд рублей, и около 84% этого объема дадут пять направлений: безопасность; транспорт и логистика; аквакультура и рыболовство; туризм, развлечения и рекреация; энергетический сектор.
Комплексы рабочего класса и сервисная модель
Особое внимание — глубоководным ТНПА рабочего класса. Ранее рынок формировали импортные системы (например, Saab Seaeye), но сегодня ЦКБ МТ «Рубин» разрабатывает отечественный аппарат КИТ‑3000 с рабочей глубиной 3000 м, массой около 5 т и размещением в 20-футовом контейнере. Он предназначен для монтажных работ, укладки кабелей и операций с нефтегазовой инфраструктурой.
Параллельно формируется парк отечественных автономных аппаратов: например, «Сардина» (АО «Навис») длиной 5,75 м для гидрографических работ и обследования дна с удалением до 20 миль.
Отрасль смещается от аренды техники к сервисной модели «ROV-as-a-Service»: заказчик оплачивает результат — отчет, ремонт или съемку дна. По такой модели работает, например, компания «Тазмар», которая имеет собственный парк ТНПА, надводных аппаратов и гидроакустики и выполняет работы от Балтики до Дальнего Востока с обучением операторов и сервисом. Обратная связь от таких операторов помогает разработчикам доводить технику под реальные условия, а не под формальное техническое задание.
Российские производители и нормативная база
Рынок оборудования делится на две группы: поставщики преимущественно китайских аппаратов с широкой номенклатурой полезной нагрузки и отечественные производители, ориентированные на Арктику и сильные течения.
Российские комплексы ТНПА делают упор на мощные движители для удержания позиции и локальное ПО без привязки к зарубежным облачным сервисам — это критично для ТЭК и оборонных заказчиков. Однако по ключевым компонентам (гидроакустика, манипуляторы, системы позиционирования) зависимость от импорта пока высока. Среди заметных отечественных игроков — «Тетис Про» и НПП ПТ «Океанос».
Меняется и нормативная база. ГОСТ Р 60.7.0.3‑2023 задает единую классификацию подводных аппаратов по массе, назначению и глубине, что упрощает закупочные требования. Постановление правительства № 719 подтверждает российское происхождение продукции, давая преимущество в госзакупках и стимулируя операторов к переходу на отечественную технику.
Активно развивается импортозамещение в сфере сервиса и ЗИП: российские компании уже ремонтируют иностранные аппараты самостоятельно. Узким местом остается дефицит судов с динамическим позиционированием классов DP-2/DP-3 для глубоководных работ. Обнадеживает развитие спутниковой группировки и отечественных сервисов дифференциальной коррекции ГНСС, но массовое внедрение ожидается к 2030 году.
Вместо вывода: море как пространство для роботов
Морские роботы в России проходят путь, аналогичный промышленным манипуляторам: от «игрушки инженеров» к базовому элементу инфраструктуры. Системный спрос формируют крупнейшие сектора — безопасность, транспорт, рыболовство, туризм и энергетика. Они же задают повестку для НИОКР, стандартизации, развития флота и связи.
Вместе с арктическими проектами и растущей ролью морских коммуникаций это переводит морскую робототехнику из разряда перспективных направлений в разряд отраслей, от которых зависит работа портов, шельфа и морских коммуникаций.